Жара. Окна настежь. К часу ночи, преодолевая бессонницу, начинаешь дремать. Вскакиваешь от дикого вопля с улицы. Гогот, хохот, визг. Слава богу – никого не убивают. Это детишки вернулись невесть откуда в родной двор и друзей привели.
Подростки, юноши-девушки, а лексикон такой, словно в лагерях и тюрьмах отсидели срока по три. Из человеческих нормальных слов – только междометия. Понять, о чём орут, невозможно. Друг друга вряд ли слышат, кричат все разом, и в основном мать-перемать. Длиться это может и час, и два, и три. И хоть бы раз в подобном общении мелькнуло что-то об учёбе, работе, спорте, любимой команде, чемпионе, прочитанной книге, просмотренном фильме, семье, даче…
Смешно? Допотопно? Да сегодня такую мысль наши младшенькие засмеют, заматерят. Но ведь и мы были детьми, подростками. И мы бузотёрили. Но летом в парке в уютной беседке читала я пацанам (шпана – как их тогда величали) вслух книги – они слушали с большим интересом. Ходили толпой на «Гамлета» со знаменитым Смоктуновским. Экранный Шекспир овладевал умами и сердцами всех зрителей с необычайной силой. На стадион заходили просто так – оказывались на беговой дорожке, у волейбольной сетки, на футбольном поле.
А ведь родители наши тогда работали помногу. То ли личный пример их был непререкаем, то ли воспитание носило иной характер. Но никому из нас в голову не могло прийти глухой ночью орать на улице. Песни пели: «Бригантина поднимает паруса…», «Где-то есть город, тихий как сон…», «Не вейся ты, чайка, над нами…» Но в урочное время. Сегодня детям просто не может прийти в голову, что нельзя своим поведением и рёвом нарушать ночной покой своих родителей, стариков, грудных младенцев.
Кстати, у абсолютного большинства этих ночных «генералов» есть родители. Неужели им не интересно, где их чадо, чем занимается, когда и каким (пьяным, обкуренным?) и во сколько придёт домой? Помню, как Л.Х. Гущина проводила очередной рейд после 22.00 по городу. Выловили мальчишечку лет 10-12. За руку привели в подъезд. Позвонили в квартиру (время было двенадцатый час ночи). Открыла заспанная мама. В благополучно обставленной квартире идеальная чистота. «Где ваш сын?» - «Спит у себя в комнате», - и оборачиваясь к мужу: «Посмотри». «Здесь я», - буркнул из-за наших спин мальчишка.
Мне почему-то подумалось вдруг. Может быть, эти ночные крики ребят - неосознанное выражение их отношения к жизни? И складывается она не так, и проблемы обступили со всех сторон, и некому пожаловаться, и никто не пожалеет. И хочется хоть какого-то проявления родительской любви. Тепла и доброты. Услышит ли нас хоть кто-нибудь?
