Брызжины: как правая и левая рука, моя душа твоей душе близка
О юбиляре я была наслышана, что он педагог, историк, директор. Его обожают ученики. А как он пел, как танцевал вальс, танго, фокстрот!
Но о супругах Брызжиных невозможно говорить отдельно. Они – неразделимое целое. Смотрю на интеллигентного, красивого человека и думаю: если мужчина так выглядит в 75, то я уважаю его жену. Произнести этого я не успеваю, как он уже отвечает:
– Вот кому спасибо! – и благодарный взгляд на Майю Федоровну. Хрупкая, тонкое лицо, блестящие чёрные глаза. И та же интеллигентность. И бережность к нему, тревога, обожание – всё взаимно и всё понятно моему женскому глазу. Немного о грустном
Но всё-таки не могу представить, как смогла она выходить мужа после глубокого инсульта. Даже в больницу его не отдала, сама лечила: уколы, массаж, неусыпное внимание. «Дети помогли, – рассказывает Майя Фёдоровна, – всегда помогают. Спасибо им».
А ещё раньше спасли её мужа, считает она, врачи: Н. Н. Иваченко и П. И. Хлебородов. Это Хлебородов обратил внимание на неблагополучие в лёгких и настоятельно посоветовал лечь в больницу. Лечащий врач Л. П. Крупина через три недели направила Павла Ивановича в Хабаровск, где, действительно, было обнаружено опасное заболевание. Причём, в самой начальной стадии, иначе дело закончилось бы плохо. «Я и сама подозревала неладное, – продолжает Майя Фёдоровна, – но умоляла мужа не оперироваться. – Сколько осталось, – то и нашего. Однако из Хабаровска получаю письмо: «Зря не волнуйся, да и поздно будет переживать, пока письмо дойдёт, – я согласился на операцию». Вот когда и Бога вспомнишь».
Павел Иванович подытоживает:
– И Бог помог, и она помогла, и – главное – Хлебородов. Благодаря ему – живу. Институтский Карузо
Задаю единственный заранее заготовленный вопрос:
– Павел Иванович, вы педагог, вас обожают ученики (Майя Фёдоровна вставляет: «Взаимно!»), а вы как относитесь к нынешней молодёжи? Нравится ли вам музыка, что грохочет сейчас на дискотеках и в их наушниках?
– Молодёжь люблю. Не согласен с нападками в её адрес. Считаю, и сейчас очень много достойных молодых людей. А музыку – нет. Старинные романсы, неаполитанские песни – их очень люблю, и смолоду даже пел. Студенты называли меня «Карузо». Первая встреча
Направляясь пароходом из Комсомольска в Благовещенский пединститут, Майя обратила внимание на высокого парня, который прощался с девушкой на причале у села Константиновки.
– Девушка плакала, а я подумала: не зря горюешь, красавица. Забудет. Других в городе быстро найдёт. И вдруг вижу его в институтском хоре. Волнистый светлый чуб, как у Есенина, яркие голубые глаза – девчонки вокруг. Охлаждаю их девичьи мечты: «Время не тратьте понапрасну, у него есть девушка, сама видела, как прощался с нею на пристани». Светловолосый девчат не разубеждал, но на перемене показал мне фотокарточку. «Её ты видела? Это моя сестра». Сестра оказалась настоящей, а девушкой стала она, Майя.
– Майя Фёдоровна, слышала, у вас полное имя другое, очень красивое и звучное – Магдалина.
– Да уж, имечко мне при крещении подобрали непростое. Пришлось упростить, как это часто делают педагоги, чтобы детям произносить было легче. Павел Маюшкой назвал. Вот 56 лет уже Маюшка.
– Правда, 56?
– Да, «золотой» юбилей отметили шесть лет назад.
Первыми словами, которые Павел Иванович произнёс после ужасающего удара – инсульта, были:
– Мне кажется, что у меня есть дети… Сын…
– Три сына у нас, мой дорогой, четверо внуков, три внучки и правнуков двое.
Как тут не справиться с недугом? Немало их было: диагнозов страшных, трудностей, работы за столько лет, а не исчезло то, что возникло на институтской спевке.
Рассматривая со мной поздравления от учеников в виде искренних и благодарных признаний таланта своего учителя, супруги вспоминают самые трогательные случаи. Вот хотя бы этот, когда Павел Иванович учительствовал в константиновской школе, которую сам и построил.
Уехал наш педагог на военные сборы. А на земле весна, и в школе грядёт выпускной бал. Весь класс потерял покой: как сделать, чтобы любимый учитель был на вечере. Служил неблизко. Явились всем классом в военкомат с просьбой совершенно необычной: «Вызовите учителя на выпускной вечер». Военком, нарушив правила, вызвал педагога какой-то тревожной телеграммой.
Молодой историк сразу стал старшеклассников учить. Но пришлось как-то заменить заболевшую коллегу в 5 классе. День учит, два… Слышит Майя Фёдоровна разговор соседки с дочкой-пятиклассницей:
– Ирочка, а кто у вас историю ведёт?
– Павел Иванович.
– И как? Нравится вам?
– Ой, мама! Он такой! Слова какие говорит, рассказывает интересно. Мы тихо-тихо сидим, смотрим на него – только мы ничего не понимаем.
Пришлось вечером внушить историку: «Ты каким языком с малышами разговариваешь? Это же деревенские дети». Сама я 15 лет тоже с детьми проработала – воспитателем в школе-интернате. Три сына – сын
– А как вашим сыновьям жилось при папе-директоре и маме-воспитателе?
– Трудновато. Отец на работе всегда, в школе занятия велись в три смены, в воскресенье – мероприятия. Он уходит – мальчишки ещё спят. Приходит – уже спят. Младший как-то всерьёз соскучился: «Папу хочу видеть». Прошу – приди пораньше. Вечером сынок сидит, головой «ныряет», но ждёт. «Ложись, – говорю, – я разбужу, когда папа придёт». Пришлось будить в 11 часов, а он из сна выбраться не в силах: «Ладно, мама, завтра».
Мама тоже не была избалована свободным временем. «К семи – в интернат, там подъём. В 11 домой вырываюсь – хлопчики мои в школе. К обеду ухожу – они домой возвращаются. Сами хозяйничают, сами учатся. Под вечер появляюсь, а они друг за другом: «Мам, я уроки сделал», – а сами прыжками, боком-боком – к двери. Погулять пора. В 10 вечера в интернате отбой. Вот и всё воспитание».
Отец соглашается: «Да, не было у нас времени на детей. Но сыновья не подвели. Во всяком случае краснеть за них не приходилось».
Все трое получили образование. Старший, Александр, трудился на Комсомольском судостроительном заводе. Средний сын, Сергей, начальник инспекции Гостехнадзора по Амурскому району. Младший, Владимир, в Благовещенске, работает в областной ФСБ.
– А в Амурск вы давно переехали, Павел Иванович?
– Александр уже работал в Комсомольске, Сергей – в Вознесенском, Володя был восьмиклассником, когда мы приехали навестить старших сыновей. Тогда и порешили поселиться вместе. Давайте восклицать
Было это в 77-м. Павлу Ивановичу предложили в гороно Амурска должность директора 2-й школы и квартиру сразу дали. Так сделались амурчанами, оставив в Константиновке дом с белыми ставнями, который сами построили.
Не ученики только, а и учителя отмечали замечательный характер и внимательность своего коллеги. Ведь в школе в основном кто работает? Правильно, женщины, а им трудно отмежеваться от семейных неурядиц. Павел Иванович, едва переступив порог учительской, сразу видел, у которой из них сегодня неудачный день. И ненавязчиво поддерживал тех, кому маленькая эта помощь – спасение. Будь то похвала или комплимент.
На мой вопрос о самом ярком событии, оба, не задумываясь, назвали его поездку на 100-летие школы в родную Константиновку. В школе, где преподавал и директорствовал много лет, теперь работают его ученики, а некоторые из них давно уж и на пенсии. Ведь первый его выпуск был в 1952 году. А сколько их всего – учеников – затруднительно подсчитать. Было время – по 4 десятых класса выпускались. Четыре крыла на двоих
Супруги Брызжины преодолевают всё, поддерживая друг друга и не теряя формы. Каждый день – обязательная прогулка. После болезни всё начали вновь, постепенно добавляя маршрут. Зато теперь муж взял на себя добрую долю домашних хлопот. Она лишь заикнётся о чайнике – уже включил. – Пойду на стол накрою. – Уже накрыл. Воздушное безе к чаю – она испекла. Малосолёные помидорчики просятся в наш конкурс «С грядки – в банки». Дачу мои стойкие герои держат, и даже в минувшем мае, таком драматичном, не бросили. Хотя Майя Фёдоровна лишь 27 июня смогла вырваться из дома и что-то посадить в огороде. В 7 часов – туда, в 10.30 – сюда. Укол сделать… И наросло ведь кое-что.
Галантный учитель незаметно убирает посуду, моет её, но, даже не оглядываясь, не пропускает малейшее настроение жены. Он предваряет её просьбы, кажется, что и мысли читает. Иронично подхватывает и продолжает каждую её шутку. Он рыцарствует и не скрывает нежность. Она – точно так же. Лишь половину того, что мне хотелось бы рассказать о них, вмещает газетная площадь. Да и они просили, чтоб недлинно получилось. Осталось главное – поздравить Магдалину Фёдоровну и Павла Ивановича Брызжиных с его юбилеем. 16 марта ему 75.
Как правая и левая рука,
Моя душа твоей душе близка.
Мы смежены блаженно и тепло,
Как правое и левое крыло.
Галина ЖЕСТКОВА
