Много лет назад мне подарили на день рождения маленького, ещё слепого щенка. Принесли в рукавичке, так как это было в феврале. Постепенно этот комочек превратился в красивую собачку неизвестной породы – смесь колли и лайки. Ничему особо мы её не учили, кроме как командам «сидеть», «лежать», «гулять». Она очень любила играть с детьми, у меня было две внучки, которые с ней катались зимой с горки, а летом купались в Амуре. Назвали мы её Сильва.
В 1994 году в декабре всей семьёй уезжали на Запад, в Белгородскую область; семья была большая: у сына четыре человека, дочь с двумя дочками и я. К тому времени Сильве исполнилось три года. В Амурске родственников не было, и оставить Сильву я не могла, нельзя бросать преданную семье собачонку. Я оформила все ветеринарные документы на её, прививки все у нас были, и мы поехали. В поезде собачка вела себя смирно, наверное, чувствовала, что уезжаем…
В аэропорту г. Хабаровска пришла проводить нас моя сестра. Когда мы уже стояли на регистрацию билетов, сестра предложила оставить Сильву у неё, а когда я вернусь, забрать.
Это надо было видеть…Описать очень сложно. Сильва сидела с детьми и, по-видимому, поняла наш разговор: у неё из глаз скатывались слёзы, как у людей, она, не моргая, смотрела на меня. Увидев эти слёзы, внучки тоже расплакались, стали просить меня не бросать Сильву даже у сестры. Я была в смятении: у нас на руках двое маленьких детей – одному 7 месяцев, другой 1,5 года, а самое главное, я не знаю, как поведёт себя Сильва в самолёте, она до этого ездила только в автобусах с нами на дачу…
Так продолжалось, пока мы не подошли к контролю. Сильва лапой смахивала слёзы. Мне было её очень жаль оставлять, хоть я и знала, что у сестры ей будет не хуже. Когда я спросила, можно ли оформить собачку – она была крупной, мне сказали, что её оформить можно как багаж.
Поставила её на весы, заплатила деньги, и мы пошли на посадку. Сильву вела я. Она, шаг в шаг, шла со мной по ступенькам в самолёт, как будто она уже ходила по ним.
В самолёте легла под ноги и все 8 часов, что мы летели до Москвы, никто её не видел. После приземления в Москве, уже в аэропорту, я её прогуляла, а вечером взяли билеты на Белгород, и всю дорогу она была счастлива, даже когда сын привязал огромный баул к её поводку, она тащила его с радостью.
Прожив в Белгороде 4 года, я вернулась в Амурск, а Сильва осталась у дочери. Собака долго скучала, не ела, не пила, а потом смирилась с тем, что я уехала. Она умерла в прошлом году, ей уже было более 11 лет. Вот такая собачья преданность к людям.
Евгения Михайловна ЛИКАНФА.
