Казалось, будто бы жизнь обошла Сергея и Владимира буквально во всём. Мало того, что оба они были из неблагополучных семей, так и росту судьба им отмерила всего-то три метра на двоих. Правда, сами они приложили к этому обстоятельству немалые усилия. Курить подростки начали в десять лет. В одиннадцать их головы время от времени стали украшать полиэтиленовые пакеты, в которых находилась изрядная доза популярного бытового клея «Момент». Когда же денег на клей не было, то его с успехом заменял бензин с очень низким октановым числом. Ну а если друзьям вдруг сопутствовала финансовая удача, тогда они позволяли себе прикупить наркотики подороже: что-нибудь веселящее и вызывающее галлюцинации. Пили приятели и водку. Но алкоголь, в отличие от «колёс», не помогал им ощутить себя счастливыми. Дрянная водка добавляла в их поведение изрядную долю дерзости и злости. Тогда, с похмелья чувство зависти ко всем, кто был удачливее или даже просто выше ростом, становилось просто невыносимым.
В то июльское утро, одурев от домашней скуки и материнских нравоучений, Сергей решил сгонять в гости к Владимиру. Шестнадцатилетний подросток на последние деньги купил бутылку белой. Закуску, по расчётам, должен был обеспечить Владимир.
Разломив краюху чёрствого хлеба и порезав лук, приятели разлили водку в стаканы и принялись за угощение.
– Как дома-то? – морщась от выпитой водки, спросил Владимир.
– Известно как, мамаша с утра до ночи пилит. Денег нет. Так что тоска.
– Это верно, – вновь разливая водку по стаканам, согласился Владимир. – От этих предков точно можно угореть. Мой батя, когда трезвый, всё орёт, чтобы я на работу устраивался… А где её сегодня найдёшь – эту трижды клятую работу… На бывших родных заводах теперь не знают, куда своих деть.
Когда водка в бутылке закончилась, разговор пошёл труднее.
– У кого бы ещё на бутылку водки стрельнуть, – после продолжительной паузы произнёс Владимир.
– А может, у Катьки? – предложил Сергей. – Скажем ей, что потом отдадим, или, на худой конец, отработаем.
– С худым концом там делать нечего, – пошутил Владимир. – Лучше скажем, что отдадим.
